Санкт-Петербург. Михайловский (Инженерный) замок

[dimon_porter]

Недолгое пребывание Мальтийского ордена в России сопровождалось передачей рыцарям ряда зданий в Санкт-Петербурге и его окрестностях. Иоаннитам отдали церковь Рождества Иоанна Предтечи, выстроенную архитектором Ю. Фельтеном на Каменном острове: в ней кавалеры Ордена принимали присягу, на церковном кладбище хоронили мальтийских рыцарей. В парадных анфиладах Павловского дворца по проекту архитектора В. Бренны был отделан Кавалерский зал, предназначавшийся для церемоний Ордена. В Гатчине сохранилось лучшее творение архитектора Н. Львова — Приоратский дворец, задуманный как резиденция приора и Капитула мальтийских рыцарей. Были и другие здания и сооружения, но самым известным памятником пребывания Ордена Святого Иоанна Иерусалимского в России стал Михайловский замок— «любимое детище» императора Павла.

Последний дворец императора был не просто очередной резиденцией, а осуществлением его многолетней мечты. Необычная для Санкт-Петербурга архитектура и планировка всего возводившегося ансамбля воплощали идею замка как рыцарской твердыни. Последовательно проводя эту идею, Павел I переименовал все императорские дворцы в замки: даже Зимний дворец именовался «Зимним замком». Михайловский замок должен был стать рыцарским не только по названию, но и по сути. Рвы, подъемные мосты, пушки, полубастионы — все было данью западноевропейской средневековой традиции и результатом увлечения русского императора рыцарской символикой.

Возведение Михайловского замка началось сразу же после утверждения проекта, а церемония закладки первого камня, на которой присутствовала царская фамилия со свитой, состоялась 26 февраля 1797 года. Ритуал соблюдался неукоснительно: стояли выстроенные в каре войска, а после торжественного молебна прокатились громоподобные раскаты орудийного салюта Петропавловской крепости.

На другой день начались основные строительные работы, каторжные и изнуряющие: рытье котлованов в промерзшем грунте, забивка свай, кладка фундаментов... По распоряжению императора строительство велось днем и ночью — при свете фонарей и факелов, так как Павел I требовал отстроить замок вчерне в тот же год. В наиболее напряженные периоды число людей, занятых на строительстве, достигало 6000 человек.

Михайловский замок строился в крайней спешке, в конце 1798 года он был подведен под крышу и можно было приступать к внутренней отделке его жилых помещений. Именно в это время Павел I дал согласие принять на себя титул Великого магистра Мальтийского ордена и подписал указы, касающиеся деятельности Ордена в России. Поэтому, разрабатывая проекты внутреннего убранства Михайловского замка, император мыслил его дворцом Великого магистра Ордена Святого Иоанна Иерусалимского, а не только как очередную резиденцию династии Романовых.

Михайловский замок мало походит на дворцовые сооружения северной столицы: в отличие от них он выглядит холодным, суровым и даже мрачно-замкнутым. Российский император, задумывая его возведение, отталкивался от распространенной в европейских столицах схемы построения прямоугольного в плане замка с прямоугольным же внутренним двором и круглыми угловыми башнями. Подобные планы впоследствии были обнаружены среди собственноручных чертежей Павла I.

Широко развернувшееся строительство необходимо было обеспечить материалами, поэтому для ускорения дела были разобраны несколько павильонов в Царском Селе и дворец в Пелле, а также использован мрамор для строящегося по проекту А. Ринальди Исаакиевского собора.



К концу октября стены Михайловского замка были подведены под крышу, а для защиты от дождей и снега его покрыли временной кровлей. В следующем году началась внутренняя и наружная отделка здания, однако готовиться к ней начали значительно раньше. В Риме было заказано большое количество копий с античных скульптур, выполненных из белого мрамора; к выполнению живописных работ привлекались и русские художники.

Своим главным (южным) фасадом замок выходил прямо на гранитный берег канала, отчего казался с этой стороны прямо вырастающим из воды. Своим неприступным видом он действительно напоминал средневековые рыцарские замки и крепости. Это впечатление усиливал и гранитный парапет площади с полубастионами и амбразурами для шести бронзовых пушек, смотревших в сторону тех, кто приближался к замку. Такое же количество пушек было обращено в сторону Невы.

Павел I переселился в Михайловский замок, когда еще даже не успели просохнуть стены нового здания и, по свидетельству очевидцев, в помещениях «стоял такой густой туман, что несмотря на тысячи восковых свечей, едва мерцавших сквозь мглу, всюду господствовала темнота». Замок стал убежищем, в котором затворник-император в любой момент мог отгородиться от мира. Неслучайно его называли «архитектурным автопортретом Павла I».

В Михайловском замке намечалось проводить собрания и торжественные церемонии мальтийских рыцарей, что нашло свое отражение в отделке его парадных апартаментов. Например, в оформлении фасадов строящегося замка
неоднократно повторялся восьмиконечный мальтийский крест. Проход в парадную анфиладу замка шел в юго-западной части здания по широкой двухмаршевой лестнице, словно зажатой между мраморными стенами. Винченцо Бренна основным элементом убранства Парадной лестницы сделал цветной камень — мрамор и гранит.

Взгляд входящего в Михайловский замок в первую очередь упирался в бронзовый герб Российской империи, установленный на центральной стене Парадной лестницы. Герб был исполнен в новом варианте, утвержденном в августе 1799 года, — с введенным в него мальтийским крестом, и должен был свидетельствовать о высоком предназначении Михайловского замка как места пребывания Мальтийского ордена.

Для торжественного собрания кавалеров Ордена предназначалась Мраморная галерея. Пышное великолепие ее интерьера, богато отделанного цветным камнем, исходило из увлечения Павла I различного рода церемониями. В центре Мраморной галереи находилась глубокая ниша с мраморным камином, инкрустированная лазуритом и яшмой, в торце галереи располагались мраморные хоры для оркестра. Длинную стену напротив окон прорезали четыре небольшие ниши, облицованные редким и потому очень ценным мрамором «gipolino antiko», напоминающим зеленое окаменелое дерево. В нишах размещались статуи античных богов — Вакха, Меркурия, Флоры и Венеры, а дополняли убранство Мраморной галереи бронзовые вазы, канделябры и часы.

За галереей мальтийских кавалеров располагалась Малая (или Мальтийская) тронная зала. Всего в Михайловском замке тронных зал было пять: две — самого государя-императора, потом государыни, великого князя и наследника Александра Павловича и его брата Константина, имевшего титул цесаревича. Даже число ступеней у тронов в этих залах зависело от достоинств занимавших их лиц: восемь ступеней в Большом тронном зале и три в Мальтийском вели к императорскому трону: Павел I ревниво охранял свое величие и потому был весьма щепетилен в вопросах формы.

Купол в Мальтийской тронной зале поддерживали 16 фигур парных атлантов; здесь господствовали царственные цвета — пурпур и серебро, а стены, императорский трон и мебель были обтянуты красным бархатом с серебряным шитьем. Выступающие из стен панели и пилястры облицованы светло-красным стуком, лепной фриз и карнизы — позолочены.

Однако из-за недолгого пребывания императорского двора в Михайловском замке орденские покои практически не использовались по назначению. Единственным парадным приемом стала аудиенция датскому министру графу Левендалю, данная 24 февраля. Павел I принял его в Мальтийской тронной зале, и больше никаких церемоний, связанных с Орденом, в Михайловском замке не проводилось.

Кирпично-красный цвет Михайловского замка одни современники связывали с галантной любезностью императора, подобравшего на балу лайковую перчатку своей фаворитки— княгини А.П. Гагариной. Другие эту нетипичную для Санкт-Петербурга окраску здания объясняли традиционным цветом Мальтийского ордена.

После смерти Павла I замок был заброшен до 1823 года, но даже во время запустения он воспринимался как рыцарский. В XIX веке, когда в его стенах разместилось Инженерное училище, мальтийская символика вошла в оформление интерьера парадного Воскресенского зала и сохранялась в нем довольно длительное время.

Надежда Алексеевна Ионина из книги "100 великих замков"

Comments

[paul-egorov.livejournal.com]

Тебе надо всегда зимой фотографировать. Когда нет зелени, то тебе не надо ее высветлять и все смотрится гораздо гармоничней!
Хотя у Экслера вот такая была заметка - http://www.exler.ru/blog/item/14991/ - в ходе обсуждения все таки главенствовала мысль - что художнику решать как обрабатывать, а зрителю остается согласиться с этим или принять как есть...

[dimon-porter.livejournal.com]

Я уже давно зелень не осветляю, я почти не обрабатываю фотографии: а) немного научился, б) объективы накупил разные. которые такую сочную зелень не дают.

А с Экслером частично согласен, но не во всем.

[lipilin2010.livejournal.com]

Круто, у меня в планах посетить этот замок 8 или 9 марта )))

[dimon-porter.livejournal.com]

Мрачное место... Съезди в Гатчину и в Павловск. там несколько замков есть.

[lipilin2010.livejournal.com]

В Павловске были в прошлом марте. Гатчина хорошая идея, но я там был летом 2009 году. Еще особо не думал над маршрутом, хотя отдельные наброски в голове крутятся. Мне просто нужно учесть не только мои пожелания, но и предпочтения питерских друзей.

[zamki-kreposti.livejournal.com]

Несмотря на частое сравнение этого строения с замком, я, к примеру, от классических укреплений вижу только замкнутый внутренний двор и систему рвов-каналов. С другой стороны отличий от замка куда больше. Да что там говорить - по такой же схеме часто строили, например, кельи монастырей.

> Михайловский замок должен был стать рыцарским не только по названию, но и по сути. Рвы, подъемные мосты, пушки, полубастионы — все было данью западноевропейской средневековой традиции...
> Российский император, задумывая его возведение, отталкивался от распространенной в европейских столицах схемы построения прямоугольного в плане замка с прямоугольным же внутренним двором и круглыми угловыми башнями.

Там нет никаких полубастионов. Выступы похожи на обычные ризалиты, которыми украшены сотни дворцов. К тому же дело было в 18 веке, а тогда и бастионы и артиллерия были не стариной, а вполне обыденным явлением. Вот в неоготике чувствуется ностальгия по старым средневековым замкам и готической архитектуре, а здесь не очень.

Если бы была идея исходить из классической схемы расположения замка, то хоть какие-то подобия башен возвели бы на углах сооружения.

[dimon-porter.livejournal.com]

Согласен, но стоит смотреть на это здание с точки зрения Павла I, его психологию.

Вот из этого текста:
>Необычная для Санкт-Петербурга архитектура и планировка всего возводившегося ансамбля воплощали идею замка как рыцарской твердыни. Последовательно проводя эту идею, Павел I переименовал все императорские дворцы в замки: даже Зимний дворец именовался «Зимним замком». Михайловский замок должен был стать рыцарским не только по названию, но и по сути. Рвы, подъемные мосты, пушки, полубастионы — все было данью западноевропейской средневековой традиции и результатом увлечения русского императора рыцарской символикой.

[zamki-kreposti.livejournal.com]

> но стоит смотреть на это здание с точки зрения Павла I, его психологию

Но мне точка зрения Павла I не известна ) А эта цитата, которую вы привели, может лишь отражать взгляд какого-то автора на психологию Павла I, но верна ли эта точка зрения? Или может Павел использовал куда более поздние аналоги?

Нужно уточнить, кто автор этой цитаты. Я вот бегло поискал, и поиск привёл меня к некой тёте, которая приложилась к созданию кучи ширпотребных книг по типу серии "100 великих...". Если это она автор цитаты, то её выводы можно пропускать через серьёзный фильтр.

Обращу ваше внимание, например, на Киевский Арсенал, в 1783 – 1801 гг.


Источник

Это вполне себе военный объект, основательный, мощный, с внутренним двором, с закруглёнными углами... в общем, родство форм имеется. Разве что пышности у арсенала меньше. С другой стороны арсенал всё ещё оборонный объект, а "замок" в Питере уже как бы скорее дворец, имитирующий замок (причём, как мне мне, не очень удачно). Но при этом арсенал никто не связывает с копией средневековых замков - просто это была форма 18 века, сформированная в процессе развития фортификации.

Я много раз слышал о Михайловском замке, но только вот сейчас присмотрелся и разочаровался, т.к. не увидел образа замка. Стоит также вспомнить, что "даже Зимний дворец именовался "Зимним замком", а там уж сходство со средневековыми укреплениями и вовсе слабо выражено.

Самое большое отличие этого объекта от дворцов того времени заключается, возможно, в его закрытости, тогда как дворцы старались наоборот распахнуть свои крылья-флигеля, "обнимая" огромные парки и выставляя на показ подъезжающим гостям всё своё великолепие.

[dimon-porter.livejournal.com]

Так я же и не спорю, от замка ( в фортификационном смысле) там мало, всё чисто декаративно. Но так исторически сложилось.. увы.